Погибшие во второй мировой войне
 
Июнь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30
 
Яндекс.Погода

О производстве молочных продуктов: путь от фермы до прилавка. 
Основа экономического благополучия любой государственной системы — это малый и средний бизнес, так называемые «самозанятые» граждане. Кто-то перепродает, кто-то производит услуги. Предпринимателей, занимающихся собственным производством -  мало: в нашей республике такие небольшие хозяйства можно пересчитать по пальцам. «Молоко Осетии» в этом смысле необычный феномен. Натуральный продукт – никаких консервантов. Современные технологии позволяют сохранить полезные свойства натурального сырья и положить в потребительскую корзину обычного горожанина конечный продукт, который не уступает по качеству домашнему. Кефир, творог, сметана и молоко...

Все удивительное в нашей республике  обычно называют странным, а людей, занимающихся тем, о чем другие только говорят — чудаками. Алан Абаев на чудака не похож, скорее на разочарованного оптимиста, который все еще надеется на светлое будущее производственной промышленности республики.

Решил заняться переработкой молока только для того, чтобы у членов моей большой семьи была возможность работать. Не всегда же будешь приносить рыбу. Лучше принести по удочке, дать в руки инструмент и предложить ловить самим. 24 года я прожил на Ямале, уехав из Осетии еще в 1994 году. На родине у меня оставалась семья: брат, сестра, дети. Спустя шесть лет мой приятель предложил вложиться в молочное производство. Взялся за это дело сам: заказали проект и уже согласно ему пошла стройка, закупка соответствующего оборудования. На рынке большая конкуренция, много производителей молока, но нам удалось найти своего покупателя.

Когда начали, столкнулись только с одной проблемой: сбыт. Я был уверен, что сейчас мы сделаем бренд «Молоко Осетии» с производством в Осетии,  с рабочими местами в Осетии, покажем людям, что у нас тоже можно что-то производить и нас одобрят. Но сразу же столкнулись с непониманием. Мы приходили в магазин, а нам говорили: «Да нет, нам молоко не надо, у нас уже есть». Я иногда ругался и не мог понять, почему, например, «Кубанская буренка» имеет право стоять на полках Осетии, а «Молоко Осетии» не может? Была агония, такое разочарование.

Я считаю самым большим патриотом в Осетии своего близкого товарища Романа Гутиева, который руководит сетью супермаркетов. Обратился к нему, и он для продвижения нашего продукта сделал все: от презентации и дегустации до лучшего места на полке. Роман помог не только мне: я знаю о помощи небольшим местным производителям конфет, компотов. И это очень важно сегодня для нас.

Люди не понимают, приходя в магазин, что они могут сами помочь нашей республике. Каким образом? Если есть местная продукция соответствующего качества, например, шоколадные конфеты московские и произведенные здесь, ради любопытства, для пробы можно купить у местного производителя 200 грамм.  О вкусах не спорят -  может им понравятся, а может и нет. Но кто-нибудь все равно скажет: «Я люблю только московские конфеты и пробовать ничего не буду». Чем это чревато? Что значит купить продукты местного производства? Элементарный пример, если товар, произведен в Краснодаре, то деньги уходят в бюджет Краснодара.

Если бы я с самого начала знал, что такое перерабатывать молоко -  близко бы не подошел к этому делу. В пищевой промышленности нет сложнее работы, чем работа с молоком. Ни одно сырье не вызывает столько сложностей - это вам подтвердит любой специалист. Это производство, где все должно работать как часы. Должна быть соответствующая ферма и коровы, оборудование, должен соблюдаться технологический процесс дойки, должен быть  соответствующий транспорт для перевозки. У нас на производстве две лаборатории: химическая и бактериологическая. В них проводятся соответствующие анализы на каждую партию молока. 

Например, человек привез нам 250 литров, сдал их в лабораторию. Дальше ждет, что ему скажут: добро или мы молоко не принимаем. Сложность молока в том, что это скоропортящийся продукт, и, если не соблюдать технологические требования - охлаждение и условия хранения - через 2 часа начинается процесс окисления.

Наш покупатель в возрасте от сорока лет и выше. Молодежь нашу продукцию почему-то пока не особо любит. У молока есть свой вкус и запах. Но по причине того, что не стало ферм,  не стало животноводческой политики, все перешли на другой метод работы - они стали восстанавливать молоко. Это совсем другая технология. Вам с детства приносят восстановленное молоко, которое не имеет ни вкуса, ни запаха. И потом, когда тебе дают натуральный продукт, тебе уже кажется, что оно воняет, хотя это естественный запах продукта. Недавно был во Франции: там очень много натуральных продуктов. Мы покупали натуральный сыр. Я понимаю, что это был качественный продукт, у которого есть вкус и запах. С нами был молодой человек, который категорически не употреблял этот сыр, ему нужен сыр, который не имеет ни запаха, ни натурального вкуса.

В Осетии доится тысячи тонн молока в месяц. Вы можете узнать об этом, открыв сайт «Росстата». Я всегда говорю: дайте тех, кто доит это молоко! Где это молоко? Его нет, по крайней мере, для переработчиков молока. Мы пошли другим путем, нашли более или менее крупные предприятия и в них вкладывали средства, например, на закупку коров. Но все с договоренностью, что они нам возвращают вложенное - в виде молока. У нас есть партнер, который привозит нам молоко в больших объемах. Мы помогли ему сделать линейную дойку, мойку, купили соответствующее охладительное оборудование. Всех мелких производителей тоже кредитуем. Например, им нужно купить холодильник: составляем договор, оплачиваем приобретение данного холодильника и таким методом держим ситуацию под контролем.

Задумываюсь о собственной ферме. Раньше я этого не хотел, да и сейчас не хочу. Но, так как молока не всегда хватает - в зимний период мы ищем даже в соседних республиках - думаем себя таким образом обезопасить. Молоко - это сезонный продукт: летом оно в достатке, а зимой его нет. Поэтому для себя сделал вывод: нужно при себе держать какое-то количество коров. Может быть не полностью себя обеспечивать - на 30-40% от общего объема - чтобы быть защищенными на случай, если вдруг завтра молока вообще не будет. Но при этом хочется, чтобы наши поставщики имели стимул работать и развиваться.

Объемы переработки у нас сейчас не такие большие: 3,5 - 4 тонны в сутки от возможных 8 тонн. И даже из этого перерабатываем, может быть, 3 тонны. Из этого зарабатываем какие-то деньги и сразу вкладываем их в дальнейшее развитие. Считается, что 20% от оборота предприятия — это хорошо, у нас пока только 10-12%. Но мы стремимся к 20%. Кстати, несмотря на то, что упаковка в большинстве своем привозная, уже сейчас бутылки выдуваем сами, наклейки тоже сами изготавливаем по мере необходимости.

Если бы потребители понимали процесс ценообразования, может быть они бы и были готовы переплачивать за натуральный продукт. Для того чтобы произвести восстановленное молоко, на сегодняшний день нужно 19 рублей. В готовом виде на полках магазинов при таком способе производства, конечный продукт обойдется потребителю в районе 35-40 рублей за литр. Я на ферме сегодня принимаю молоко в среднем по 35 рублей за литр. А его еще надо привезти с фермы, переработать, упаковать. Я уже не говорю о возвратах. В виду натуральности и особенностей производства, срок годности продукции невысок. Поэтому в вопросе возврата месяц на месяц не приходится. Возврат определяется в процентном соотношении: бывает 3 процента, случалось и 5, и 8 процентов возвращалось. Но лучше, чтобы возврат был не больше 3,5-4 процентов, потому что иначе это уже плохой сигнал.

Сегодня очень тяжело работать с розницей. Вопрос задаем такой: «готовы ли выставить наш товар на свои полки?» Говорят, что готовы, но с одним условием: «то, что не продастся, вы забираете обратно».

Я бы сам купил продукт, который стопроцентно натуральный. И поэтому говорю, что любой человек, в любой день и даже без предупреждения может к нам прийти, мы ему дадим халаты, бахилы, пускай присутствует, смотрит за процессом от приема молока, до его розлива и упаковки. Открытость - это наш принцип. Люди уже не верят никому, они говорят: «откуда в Осетии может быть молоко?» И я их понимаю. Да, его нет в таких объемах, в которых оно было, да и мы не те производители, которые перерабатывали бы 100 тонн молока.

Для расчета нормы суточного производства формируется заявка на переработку: сколько молока 2,5%, сколько обезжиренного кефира, сколько творога. Технолог делает расчеты по формуле. Точно нельзя сказать, что из тонны молока получится 200 кг сметаны. Из тонны молока мы можем получить 100-200 кг сметаны. Больше мы получить по технологии просто не можем, поэтому мы не даем столько сметаны, сколько временами просит потребитель. На каждые 4 бутылки молока и кефира приходится только 1 баночка сметаны.

У сельского хозяйства в республике нет будущего, по крайней мере, при том отношении к этой отрасли, которое сложилось у нас сегодня. Мы зациклились на цифрах. Через компьютер можно посмотреть данные. По цифрам у нас в республике производится столько молока, что мы все в нем можем захлебнуться. Где оно? Я всех производителей молока в республике знаю и те небольшие субсидии, которые им платят, многие ждут годами, боятся вообще оказаться закрытыми.

Во всем мире идет колоссальная поддержка сельского хозяйства, производителей натуральной продукции. Даже на частном уровне все поддерживается государством. Я как-то обратился в министерство сельского хозяйства, просил, чтобы они собрали нас вместе: производителей и переработчиков молока. На мою просьбу мне ответили, что это не их компетенция. У меня как у гражданина вопрос: «А в чем тогда их компетенция?»

 

 

Зарина Цагараева.

 

Источник: http://alania24.ru/mobile/news/post/neveselyi-molochnik